Домой Новости Цой. Врать можно.

Цой. Врать можно.

rg.ru

Народ по отношению к своим кумирам так трогательно и душевно бессердечен, что ему мало творчества, ему волнующую биографию подавай. При этом людям важны лишь собственные чувства сопереживания, восхищения, жалости, и развлекать этот народ, помимо как творчеством и личностными особенностями, хорошо бы ценой свободы, здоровья, нервов, счастья, жизни.

Люди заводят себе кумиров, чтобы разобраться в собственных тупиковых жизнях, обеспечить собственный катарсис сродни наркоманскому приходу, а чтобы испытать его, нужно наблюдать драму, а лучше трагедию. Кумиры — физически обычные люди с обычными физическими характеристиками вроде подчинения законам гравитации, чувства боли, страха, начинают в представлении своих поклонников жить в некоем художественном произведении, подчиняющемся уже другим законам: сюжета и его развития, конфликта и его разрешения, характера и его оправдания.

В земной жизни кумира должно быть что-то, что волнует, цепляет, заставляет сопереживать. Это художественное произведение должно быть интересным, красивым, необычным. Или обычным, но сделанным по бессмертным и жестоким законам жанра. Этих законов немного, но жить по ним внутри этой сказки больно и страшно.

И никого не волнует, какой ценой бедолаги счастливчики, живущие на своеобразной социальной сцене, обеспечат интересное шоу. Даже в обычной, без звездных приключений и внушительных драм, жизни кумира обязательно придумается найдется повод пожалеть, вздохнуть, удивиться.

При чем здесь Цой? Сейчас.

Исторически наш мир — это не царство логики, смысла, правды. Мы всегда жили в плену невежества и очевидных глупостей, но это не мешало, скорее помогало человечеству сохранять самое себя, развиваться технически, философски и творчески.

Мы смотрим фантастические фильмы, где летают космические корабли, урча в открытом космосе — это нас не смущает. Мы видим на фото Луны объекты, похожие на ракеты, и принимаем их за транспорт лунатиков, не соображая, что заострённый нос не нужен при взлете с Луны. Мы на полном серьёзе уверены, что американцы сняли свой полет в киностудии, что группу Дятлова убили военные, что дтп Ефремова — подстава. И это нисколько не мешает нам жить. Мы верили Горбачеву, потом Ельцину, потом Путину, а сегодня мы вдруг готовы верить в то, что вот уж придет Навальный Светов Жуков Бондаренко кто-то, и точно все изменится. И это все очевидное, на наших глазах, что говорить о древностях, где думай что хочешь об эволюции, религиях, биографиях, движении народов?

Все бытие человека от начала до конца выдумка, интерпретация, набор мнений, заблуждений, это сказка, в которой мы живём от рождения до смерти, которую творим сами, чтобы жить, в которую верим сами, потому что иначе не можем, это конструкция в нашем мозгу, нам посильная и нам удобная. И вроде бы особо никто не жалуется, всем нравится.

Американцы снимают фильмы, куда впихивают Древний Египет, СССР, все неточно и глупо, с точки зрения египтологов, россиян, не понимающих, что всему миру плевать, в колпаке какого цвета ходил фараон и как правильно пишется по-русски слово эвакуация. Зрителю нужен катарсис от просмотра фильма, развлекуха, и он его получает. А сам русский язык сильно пострадал от эпизода в голливудском фильме?

При чем тут Цой? Минуточку.

Мы выдумываем собственные чувства, се́мьи, свое прошлое, будущее, мы сочиняем соседей, коллег, родных. Мы придумали, например… Ломоносова. Уверен, он весьма удивился бы, перенесясь в наше время и услышав, что о нем говорят фильмы, учёные и простые граждане. Многое бы о себе узнал Сократ, Кутузов, Александр lll, Элвис Пресли, Тесла.. А уж как бы хохотали современники, лично знавшие канонизированных нынче исторических персонажей или других древних и не очень людей, узнав, что с ними сделала неистребимая особенность человечества узко, необъективно, клешированно, вольно, художественно смотреть на мир!

Проблема борцов за правду не в том, что правды и объективности нет, они, может, и есть. Проблема в том, что правда и объективность человечеству не нужна, ему нужна легенда, в поле которой можно думать так, как хочется самому, испытывая при этом развлекающие его чувства. Исторические персонажи, творческие личности это не достойные объективности объекты, это инструменты, с помощью которых последующие поколения творят нужную им реальность.

Придите к своему соседу и расскажите, как вы видите его жизнь, что вы думаете о нем и его действиях — что он вам скажет, согласится ли с вами? Позвоните своему брату и поделитесь с ним мыслями, как вы представляете себе причины его тех или иных поступков. Попросите родителей выслушать вас и расскажите им об их собственном знакомстве и первом годе совместной жизни. Попросите их рассказать друг другу о вашем дошкольном возрасте. Так или иначе начнут всплывать нестыковки в памяти, несоответствие мнений, полярность трактовок. Потому что все живут в выдуманном, нереальном мире, это и есть человеческая натура, на этом держится социум, фантазия движет время и пишет историю.

В этом смысле никто сам себе не принадлежит. Мы то, что мы о себе думаем сами, и как нас видят окружающие. Эти ви́дения не совпадают, но не потому что одно верное, а другое нет, а потому что оба верны. Или не верны. Неважно. Важно то, что ваше собственное мнение о себе никого не колышет, мнение одного вашего близкого о вас и мнение другого вашего близкого о вас не только не совпадают с вашим мнением о себе, и не совпадают друг с другом, но они просто тупо никого не волнуют. Мнение социума возьмёт вас и определит туда, куда ему удобно в силу вечных исторических законов клешированности и сказочности, а не в силу законов правды. Потому что нет ее, правды.

Подбираемся к Цою.

Цой себе не принадлежит. Он не собственность детей и родителей. Он не собственность завистников, поклонников, историков, друзей и очевидцев. Цой не принадлежал себе даже когда был жив. Цой собственность Лжи Красоты в самом отвлечённом, самом идеальном смысле. Красоты, которая выше сухих фактов, благородной правды, спокойной объективности, математической справедливости. Это то сверхъхудожественное Прекрасное, в сладком плену которого много тысяч лет существует человечество, в горнило которой брошены самые лучшие, самые достойные, самые яркие представители Гомо Сапиенс. Это тот идеал, по законам которого люди верят в никогда не ходивших по земле сынов божьих, в силу которого мы любим детей, зная, что они нас предадут, это те сферы, где живут антропоморфные ангелы и демоны, это идеализированное нами собственное прошлое, где на самом деле ничего хорошего не было, это наша неиссякаемая надежда на светлое будущее, в котором на самом деле ничего, кроме болезней, обид и смерти нас не ждёт. Цой отдал себя этому надмиру сполна, он заслужил свое место в этих бессмертных сферах, и да отстанут от него защитники чистоты и правды, не знающие, что такое Цой, не имеющие отношения к чистоте и правде, не понимающие, что они говорят. Он в них не нуждается. Он им неподвластен. Он там, где Легенда превращается в легенду. Какие дети, какие фильмы, какие суды? Вы о чем?

Какая разница, дул Цой, или нет, были в КИНО геи, или их не было, кидались ли поклонники камнями в ИКАРУС, блевал ли юный рокер после пирожков, которыми питался на сэкономленные от покупки первой гитары деньги, был ли у него вообще слух, а если и был, то с какими дефектами? Все это важно, но мертво, если не получаешь от этого катарсис. Все это несущественно, пока не находится в вышеуказанных надхудожественных сферах. А когда жизнь и творчество человека получают пропуск ТУДА, то перестают быть жизнью и творчеством, правдой и ложью, они становятся культом.

Вот так. Виктор Цой. Врать можно. Врут же о Баяне. Моцарте. Маяковском. Можно снимать фильмы и писать книги. Можно делать мемы и рассказывать анекдоты. Это высшее признание, это много прочнее физической оболочки, за правдивый рассказ о которой так хлопочут заботливые родственники. Короче, что в сухом остатке:

— Все дело в деньгах, возможно.

— Хайп ещё никому и ничему не мешал. Возможно.

— Цой, будь жив, поддержал бы сына. Возможно.

Итого:

Та надхудожественная реальность, по законам которой существует нефизическое человечество, которая властвует над истиной, фактами, и физикой — это вам не аптека, здесь не должно быть точно, здесь должно быть красиво. А Цой красив. Его не опорочить теми или не теми фактами, не запретить одними или другими законами, не уличить во лжи или неправильности, потому что категорий лжи и неправильности нет там, где находятся подобные Цою. И самая вишенка: те самые сто (ладно, немного больше) песен не испортить перепевками. Брынчите их хоть на бревне во дворе, хоть голосом Полины Гагариной. По мне, так и первое, и второе ништяк. Есть оригиналы, как их можно испортить? Перепевали с другими смыслами других авторов, есть матершинный Онегин, например, опошляли картины, копировали архитектуру, вывешивали тезисы в Виттенберге.. Что, оригиналы как-то пострадали? В чем проблема?

Интернет

А о детях, в силу своей обычности не находящихся в бессмертном идеальном мире их прославленных отцов, что можно сказать.. Кто они, чтобы о них говорить?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

6 + пять =